Коктебель. Джаз. Июль.
Концепция события

На самый разгар отпусков, в аккурат на середину июля пришлось открытие в крымском Коктебеле второго по счету джазового фестиваля, девизом которого стал незамысловатый слоган "Хватит пухнуть в Турции - жизнь в Коктебеле!" Ну, что ж, хватит - так хватит. Тем более, что от желания повернуть русло финансовых потоков от берегов турецких к родным крымским берегам веет дальней многообещающей перспективой развития, сопровождающейся (что особенно похвально) филантропическими настроениями. Киевский журналист Дмитрий Киселев, основатель фестиваля, неоднократно упоминал о причинах (целях?) организации подобной тусовки. В пересказе они выглядят так:
Во-первых, граждан, как отечественных, так и ближнезарубежных, надобно культурно образовывать. В этой связи в качестве территории дислокации джазового десанта выбрали площадь перед особняком Максимилиана Волошина, предварительно придав ей надлежаще презентабельный вид.

Опять же, нашему человеку необходимо прививать культуру винопития, - это два. Не вопрос! В Коктебеле находится очень хороший винзавод, славный своими коньяками.
И, наконец, люди имеют право и обязаны знать правду о том, что есть настоящая музыка. А поскольку джазу в этом плане альтернативы нет, на том и порешили.

Благородство намерений организаторов наблюдается невооруженным глазом: все происходившее на сцене было доступно уху и глазу любого оказавшегося поблизости; возгласы "Долой попсу!" раздавались регулярно; о культуре винопития же умолчим, ибо понимаем, что намеченные преобразования в сознании сограждан имеют постепенный характер.

Местоположение
На протяжении всех четырех дней действие развивается по единому сценарию: с 18-00 (19-00) - основной перформанс на главной сцене, в непосредственной близости от пляжа и дыхания волн; по его окончании - джем в специально отведенном месте. К слову, выбор сессионной площадки, одновременно являющейся ночлегом и ареалом обитания приезжих музыкантов, делает честь фантазии и прогрессивности мышления организаторов! 
Взору очевидца предстает следующая картина: на вершине холма, с которого открывается панорама бухты, располагается палаточный городок. Его смысловой центр - шатер, под которым находятся необходимые для музицирования предметы. И, надо отметить, инструменты редко лежали без применения: бывало, что джем длился на протяжении целого дня, исключая разве что время выступлений на площади - то есть играй, сколько душа пожелает.

Звук 
Технической стороной руководило представительство "Yamaha": нареканий, естественно, минимум. Обошлось не без казусов, но в целом звук был обеспечен солидный.
Содержательная сторона
Буду не права, если обойду вниманием тот факт, что фестиваль на поверку оказывается весьма этно-ориентированным. По меньшей мере 30% всех исполнителей демонстрируют откровенную приверженность народному дискурсу или же напоминают об истоках и природе любой музыки. Присутствия одного лишь Николая Ооржака, шамана из Тувы, хватило бы, чтобы заполнить этно-стилистикой несколько фестивалей. Ооржак признается, что джаз его неумолимо влечет, появляется на сцене практически каждый вечер в качестве guest star той или иной команды, удивляет почтенную публику горловым пением (поистине немыслимым!). 
Первыми сопровождать тувинца довелось симпатичным и в меру сдержанным в эмоциях латышам. Рижская группа "Patina" привезла в Крым прибалтийскую этнику: на подмостки выносится спецреквизит, - сферические бонги, гусли (аутентичное название kokle), за стойку с двумя синтезаторами садится белокурый клавишник в белых перчатках, возле него подключается подвижный басист в белоснежном же кепи, за ударной установкой устраивается задумчивый барабанщик-перкуссионист с внешностью Леона-киллера (несколько слов о нем: Галис Джибовски, организатор международного фестиваля барабанщиков Drum Summit, в числе приглашенных на который числятся Billy Cobham и Matthew Harrison. Фестиваль предусматривает серию мастер-классов для начинающих и продолжающих), места у микрофонов занимают саксофонист и солистка, Бирута Озлиня.
В ходе выступления Озлиня перемещается от микрофона к роялю, от рояля - к гуслям. Подача трепетная, немногословная, прочувствованная. Несколько раз музыканты призывают аудиторию присоединиться к отстукиванию ритма... это удается далеко не всем, рисунок синкопированный, непростой. Бирута стоит в позе акцентированной опоры на диафрагму; манера исполнения вокальных партий подчеркнуто фольклорная, то мягкая, то контекстуально оправданно требовательная, но неизменно отрывистая. Почему-то, когда слушаешь солистку, на языке вертится слово "кликуша"; как оказывается, не случайно: последней вещью программы выбрана украинская коломийка, которую, по словам Озлини, пела городская сумасшедшая, похоронившая в войну всю семью. Приглашение спеть коломийку вместе остается без ответа - слов не знает никто.
В целом, программа рижан, как показалось автору, несколько отличалась от всего, что было представлено на фестивале. Прежде всего, Patina не стремится идти на поводу у фестивальной конъюнктуры и специфики подобных мероприятий, предусматривающей узнаваемость материала и курортный драйв.

Если Patina самоидентифицируется как этно-джазовая группа, то "Волки и овцы", хэдлайнер 2го дня, такую характеристику в отношении себя употреблять даже не пытается. Джазом "Волки и овцы" и не пахнут. Пахнут они вереском и клевером. Владимир Лазерсон, руководитель московского проекта, так определяет свою миссию в этой связи: если не я, то кто же будет играть на волынках, бубнах, дудочках и прочей инструментальной экзотике? И то правда. С таким-то подходом, - настойчивостью в ношении аутентичной одежды, поездками на историческую родину инструментов для общения с шотландским мастером, Лазерсон по праву считается одним из главных волынщиков России. И "Волки", и "Овцы" к концу своего выступления доводят аудиторию до кондиции, соответствующей разухабистым кельтским аранжировкам. Явственно прослушиваются вариации на тему "America, America" и дерзновенные частушки, содержащие непарламентскую лексику.

Доводя рассказ о фолкцентристской тенденции до его логического завершения, придется нарушить и без того спотыкающийся хронологический порядок повествования - упомянуть о финале события. Уж какие бы заграничные звезды ни радовали нас своим посещением, а своя, крымская, рубашка ближе к телу. И это правильно! Развязкой сюжета стало мини-шоу Энвера Измайлова. Мини - по количеству участников, а не качеству исполнения, разумеется. Шоу - ибо выступление музыкантов дополняла совершенно очаровательная юная танцовщица. Ну, и потому, что Измайлов - сам по себе "шоу": традиционно безупречная техника, игра на двух гитарах одновременно, экзерсисы с процессором, добродушный юмор в перерывах, - по-моему, достаточно, чтобы внушить пиетет. Плюс талантливые единомышленники в лице участников группы "Минарет"... Одним словом, феерично!

О дальнезарубежных (нон-этно) гостях. В числе таковых наличествовали: квартет Томаша Шукальского, Motion Trio, Ли Дэвисон (Lee Davison). Шукальский сотоварищи завершали 1-й день фестиваля. Воистину, польский джаз находится в высокой точке развития. Выступление просто потрясающее. Даже человек, далекий от джазового мира, присутствовавший в тот вечер набережной возле дома Волошина, наверняка уловил те же самые колебания, которые ощутил и закоренелый меломан. В нескольких словах о квартете: bittersweet пан Томаш, пианист Артур Дуткевич, ударник Кшиштоф Дзедич, Даниел Бел на басу - взвешенно, проникновенно, аккуратно, вдумчиво, умопомрачительно!

"Motion Trio", "психи на гармошках" (знакомая интрига формулировок) - хэдлайнеры третьего дня, также гости из братской Польши. Безусловно, ребята своеобразны, необычны и самодостаточны. Самое главное, не скрывают техногенный характер своего стиля, - примером тому послужила пьеса а-ля саундтрек к компьютерной игре-стрелялке. Вот только джазом эту музыку назвать можно с трудом. Хотя парни в высшей степени выразительны, и аудитория это прочувствовала немедленно.

Еще один любимец коктебельского зрителя - Ли Дэвисон, афроамериканский вокалист, проживающий в Чехии и забросивший преподавательскую деятельность ради деятельности гастрольной. Вот кого можно было и не спрашивать о любимых персоналиях в музыке; ухо без труда распознало влияние творчества Rachelle Ferrell и Al Jerreau на формирование певческих "знаний, умений и навыков" Дэвисона.

Постепенно подбираемся к нашим, - тем, которые ближе к телу, - деятелям джазового искусства. Мейнстримовым и не очень. Очень молодым и относительно молодым. Военным и гражданским. Бывшим и настоящим украинцам и россиянам.

Военные: джаз-оркестр Черноморского флота РФ, морские волки в белой форме под рук. Игоря Князева и... возьму на себя смелость поместить сюда же оркестр МВД Крыма (дирижер Геннадий Ретинский). Казалось бы: каким образом джаз имеет отношение к людям в погонах? Имеется в виду, как может спонтанность существовать в рамках строгой дисциплины? А вот, оказывается, может. Этакая свобода по уставу получается. Поконкретнее? К примеру, "Spain", сыгранная в торжественно-патриотическом духе или повторяемый рефрен христианского гимна поверх набора компилированных джазовых стандартов.

С нескрываемой гордостью руководитель милицейского бэнда представляет солиста коллектива, лейтенанта Виталия Макухина. Интригует: мол, ох как он вас сейчас удивит. А лейтенант и вправду, нежданно-негадано продемонстрировал вполне приличное владение техникой тэппинговой игры на гитаре, сам будучи бас-гитаристом и тубистом. Публика счастлива: во-первых, подобные манипуляции впечатляют; во-вторых, традиции народного любимца Измайлова продолжаются в руках охранников правопорядка.

Биг-бэнд сменяют студенты киевского музыкального училища имени Глиэра, объединенные под именем "City Jazz", - подопечные арт-директора фестиваля, известного джазового пианиста Владимира Соляника. Ребята очень юны, лишь недавно начали появляться на большой сцене, но чувствуют себя как будто уверенно. Во всяком случае, демонстрируют искреннюю любовь к тому, что делают. Бас-гитарист экспрессивен, как и положено быть басистам, использует сэмплы, играет аккордами; альт-саксофонист осваивает дудочку-сопилку; неплохо звучит тромбонист. Программу завершают "Хамелеоном" Хэнкока. Хороший выбор.
Небезынтересным показалось крымское трио "Мелос" хотя бы по той причине, что оно представляет собой семейный подряд; дочь вокалистки Ирины Рукавицыной Татьяна Веренкиотова, прелестная барышня, очень грамотно справляется с ударной установкой.

Ростовские "Dixie Friends", принципиально не нарушающие границы избранного направления, одетые по последней моде 20-х годов прошлого века, выжали из традиции все возможное. Во всяком случае, запала хватило еще и на добрые полтора часа ночного нон-стопа.
Очень порадовала киевская команда "Night Groove", басистом в которой (понимаю, что употребление метонимий не всегда на руку самобытному музыканту, и все же) украинский Маркус Миллер - Игорь Закус. Группа несомненно вышла на определенный уровень и однозначно готова к выступлениям вне Украины! В составе - замечательная клавишница Наташа Лебедева, сессионный ударник Алекс Фантаев, саксофонист Артем Менделенко, гитарист Саша Павлов, вокалистка Юлия Рома - с приятным сипловатым тембром, весьма удобным при апеллировании к скэту и экстернально-эстрадным самопозиционированием, IMHO контрастирующим с общим впечатлением от группы.
О более заслуженных и почтенных.

Джаз-ансамбль "Днiпро" (за роялем - Петр Пашков, контрабас - Феликс Гершович) декларировал возведенную в степень эксцентрику. Неистовые хулиганы с проседью, да и только! Саксофонисту Игорь Дяченко с его темпераментом рекомендовалось бы вообще держаться подальше от сцены во время исполнения остальными участниками какого-нибудь slow swing'a (иначе из него тоже бы вышел яростный хард-боп). Что он, собственно, и делал. А когда присутствовал - тут, товарищи, было не отвертеться. Мощный многовольтный разряд был гарантирован. Это я уж не говорю о барабанщике! (Сергей Хмелев) Соло: стэп+игра на подручных материалах = эквилибрист от джаза.
В продолжение повествования о почетных и уважаемых. Григорий Немировский, труба, Германия. Эндрю Арнаутофф, контрабас(кстати, изготовленный в 19 веке и привезенный с собой),США. Алик Фантаев, ударные, Израиль. Джордж Хаслам, баритон-саксофон, Оксфорд, Великобритания (это уже похоже на аутентику). "Киев Арт Ансамбль" Владимира Соляника. Бэнд, конечно, получился роскошный. Спору нет. Достойнейшие музыканты, настоящий джаз, - определенный как "модальный" - без обиняков. Арнаутофф/в - "перпетуум мобиле". 3 часа непрерывной игры со зверской гримасой, выражающей то ли недовольство происходящим, то ли зубную боль, а скорее всего - крайнюю сосредоточенность...
Как бы то ни было, кульминационным моментом фестивального марафона стал квартет Игоря Бутмана. На вопрос Соляника-ведущего "Что будем играть?" Бутман отвечает "Еще не знаю". В результате народ получает дозу эндорфинов под лейтмотивы из м/ф "Умка", "Бременские музыканты", "Ну, погоди!..", medley из народных, блатных (!)-хороводных песнопений. Непревзойденное мышление, ослепительная техника, восхитительная музыка, - аудитория в окончательном и бесповоротном аудитивном экстазе!

Публика
Не слишком взыскательная, но как показалось, быстро обучаемая. Восприятие на протяжении фестиваля менялось от недоуменно-внимательного к изумленному, а впоследствии развилось до адекватного. 
Само собой, наиболее горячо принимали танцевальные вещи: хотя бы чтоб в такт можно было притопнуть, а то лучше и в пляс пуститься. Но со временем аудитория начала понимать, как получать удовольствие и от самого содержания музыки, то есть, сродни самому натуральному джазовому слушателю, выражать искренний (и, повторяю, адекватный!) восторг по поводу, во время и после исполнения удачного импровизационного кульбита. А это отрадно, ибо одна из главных целей фестиваля, цель популяризации джаза, на данном этапе была достигнута.

Ну, так как? Хватит пухнуть в Турции?

Татьяна Балакирская,
из Коктебеля - 
специально для "Полного джаза"
фото автора