Entry tags:

www.jazz.ru, статьи

Ди Ди Бриджуотер, Дом Музыки, 29.11.06

Зачем люди читают репортажи с концертов? Тот, кто присутствовал на выступлении артиста, сравнивает свое мнение с мнением журналиста; тот, кто не был - выясняет, какие произведения исполнялись, как вел себя артист, как на него реагировала публика. Тем же, кто вообще ни разу не видел того или иного музыканта вживую, прежде всего, интересно, что за человек этот музыкант, какие флюиды от него исходят, как он взаимодействует со слушателями. Музыку можно послушать и в записи - так мы получаем аудиальные ощущения в чистом виде, без отвлекающих визуальных раздражителей. А на концерты мы ходим ради общения. Средством которого является музыка.

Ди Ди Бриджуотер (Dee Dee Bridgewater) мне пришлось видеть впервые; тем острее желание поделиться увиденным. По понятным причинам мне не довелось побывать ни на ее концерте в 1969-м - девятнадцатилетняя певица приезжала в СССР в качестве солистки Оркестра Иллинойского университета, с которого начался ее творческий путь, - ни в году 1972-м, когда Бриджуотер пела в Москве с оркестром Тэда Джонса и Мэла Луиса. К сожалению, прошел мимо меня и ее визит в Россию в 2002-м году - тогда Ди Ди приняла участие в совершенно потрясающем концерте "Триумф джаза", который состоялся в рамках фестиваля "Триумф" в ГКЦЗ "Россия".

 

29-го же ноября текущего года звезда джазового вокала, актриса и активный общественный деятель посетила столицу с программой "У меня две любви" ("J'ai Deux Amours"). Упоминание об общественной деятельности не случайно: концерт Бриджуотер (в 1999-м году избранной на должность Посла ООН по вопросам продовольствия и сельского хозяйства) проводился с благотворительной целью; по инициативе фонда "Самюсосьяль Москва" деньги от сбора поступили в пользу беспризорных детей Москвы.
Возможно, у Ди Ди и вправду всего "две любви", зато к ней самой потоков народного обожания стремится неисчислимое количество. Подтверждением тому, кроме неизменных оваций на концертах, являются официальные награды и премии. Высшая музыкальная премия Франции Victoire de la Musique; две Grammy® за лучший джазовый вокал и лучшую аранжировку в песне (1998, альбом памяти Эллы Фитцджералд "Dear Ella"); театральные премии - Tony Award и Laurence Olivier Award - за роли в мюзиклах. Статуэтки и дипломы Бриджуотер получает по обе стороны Атлантического океана, ведь ее нынешняя жизнь - это путешествие по маршруту Франция - США с остановками по требованию.

В далеком 1980-м году Ди Ди поняла: работа на родине, будь ты хоть семи пядей во лбу, так или иначе сулит тебе пребывание в тени звезд золотого века джаза - Билли Холидей и Эллы Фитцджералд. И в поиске Себя, желая доказать всему миру, чего она стоит, Бриджуотер уезжает жить во Францию. Выступает на всех европейских джазовых фестивалях, собирает собственный ансамбль, создает телевизионную программу с Шарлем Азнавуром, выпускает мюзикл о Билли Холидей ("Lady Day") - в полной мере осуществляет свои мечты.

Только начиная с 1990-х Бриджуотер изредка появляется на родине - уже "на белом коне", в ореоле славы. Гастролирует, издает альбомы в память о соотечественниках - Дюке Эллингтоне и Элле Фитцджералд, - обретает должную популярность.
В том, что у Ди Ди Бриджуотер две родины, и заключается суть ее "двойной любви", суть ее жизненной драмы и личной победы.
Наверное, нельзя сказать, что Франция для Бриджуотер милей, чем Америка. Говорить так сродни тому, чтобы спрашивать у ребенка, кого он любит больше, папу или маму. Но, тем не менее, именно об этой стране, давшей певице приют и мировое признание, Ди Ди говорит с особым теплом: "Франция лечит мои раны, помогает мне раскрыть себя как женщину и певицу, открывает мне весь мир". Бриджуотер здесь действительно на особом счету: в частности, ей выпала честь стать первой американкой, вошедшей в Высший совет Франкофонии.

Словом, певица не могла не отплатить добром стране, столько сделавшей для нее. И к своему 55-летию Ди Ди записала альбом под тем самым символичным названием - "J'ai Deux Amours". В него вошли заново аранжированные композиции, когда-то исполненные лучшими, ярчайшими представителями французской музыкальной культуры, - Эдит Пиаф, Жозефин Беккер, Жильбером Беко, Шарлем Трене, Жаком Брелем, Лео Ферре. Вот, собственно, и предыстория того, что происходило вечером 29-го ноября в Светлановском зале Московского Международного Дома Музыки.
На затемненную сцену зала выходят музыканты группы Ди Ди Бриджуотер - Марк Бертумье (Marc Berthoumieux) - аккордеон, Айра Коулман (Ira Coleman) - контрабас, Минино Гарай (Minino Garay) - барабаны, перкуссия и Патрик Манугян (Patrick Manouguian) - гитара. Минино Гарай осторожно перебирает палочками с мягкими набалдашниками по тарелкам, нежно звучит аккордеон - вальсовая мелодия вводит зрителей в атмосферу "франкофонии". Героиня вечера лишь появляется в дверном проеме, ведущем на сцену, как раздаются первые овации: Ди Ди в Москве ждут и любят. Под приглушенное инструментальное сопровождение она благодарит организаторов, объясняет, в чем специфика концерта, рассказывает о программе, которая будет исполняться - все проговаривается сначала на английском языке, затем на французском (в таком режиме, кстати, прошел весь вечер). Но прежде этого подзывает девушку, сидящую на первом ряду - I need help! - они шепотом переговариваются, и наша героиня практически без акцента, с хорошим раскатистым "Р" приветствует публику: "Добр-рый вечер-р"!

То ли Франция действительно наложила неизгладимый отпечаток на характер этой женщины, то ли Бриджуотер просто грамотно простроила образ, который бы говорил о том, что эта страна наложила на ее характер отпечаток… Но факт остается фактом: перед московской публикой предстала не афроамериканка, но афрофранцуженка. Это сквозило во всем: в смелом, чуднóм наряде - черном платье с кружевной юбкой на белом подкладе, доходящей до тонких коленок, в черных же лосинах на хрупких ножках; с затянутыми в тугой узел волосами. В откровенном, иногда доходящем до крайности, до гримасничанья, кокетстве - ведь "женщина всегда права", женщине все дозволено. В нескрываемом эротизме, в балансирующих на грани фола призывных жестах; в татуировке на правом плече. Наконец, в том, что на концерте Ди Ди джаза как такового, джаза как продукта американской культуры, было мало - почти не было. Бриджуотер предстала продолжательницей традиций французской эстрады, в лучшем значении этого понятия. Когда песня (именно песня, chanson) - проживается на сцене; когда прорисовывается объемный образ, в создании которого текст песни имеет огромное значение; когда музыка - это, прежде всего, драма, театр.

На концерте прозвучал полный трек-лист альбома, начиная с заглавной "J'ai Deux Amours" и заканчивая "La Vie En Rose" из репертуара Эдит Пиаф - все исполнены в креативных, неожиданных версиях. Несмотря на то, что произведения разные по содержанию, драматическому напряжению и даже стилю, аранжировки выдержаны в общем ключе, что, безусловно, говорит о собственном лице коллектива инструменталистов, работающих с Ди Ди. Как бы психоделически ни звучала классическая "Ne Me Quitte Pas" или "Avec Le Temps", какие интонации - танго, рэгги, блюза - ни проскальзывали в потоке сменяющихся даже внутри одной песни размеров, ритмов и мелодий, все это складывалось в общую картину, не разваливалось на куски, служило естественным и адекватным бэкграундом вокалу Бриджуотер. И - что немаловажно - каким бы искусным ни было соло экспрессивного аргентинца Минино Гарая, умного Марка Бертумье, виртуозного Айры Коулмана и оказывающегося в нужное время в нужном месте Патрика Манугяна, на авансцене всегда оставалась Женщина: мужчины ткут чудесное музыкальное полотно, в которое Женщина укутывает свой голос.
Взаимоотношения полов, к слову - излюбленная тема конферанса Ди Ди. "Сейчас я оставлю вас в очень ловких мужских руках. М-м-м, я уже на себе их проверила" - за чем следует прелюбопытнейшее соло Коулмана и Манугяна, предваряющее песню "Mon Homme". "Эту песню написал прекрасный мужчина. Знаете… если Он красив, играет на гитаре и обладает приятным голосом - я в ловушке" - это прелюдия к "La Belle Vie (The Good Life)" Саши Дистель (Sasha Distel). Неожиданно фанковая "Dansez sur moi (Girl Talk)" - вообще тема отдельного рассказа. Здесь Ди Ди разошлась так, что даже самые демократично настроенные зрители сидели с открытыми ртами. Исполненная в развязно-фанковой, пестрящей синкопированными паузами манере, сильно напоминающей фанко-дэнсовых Jamiroquai (насколько это возможно при наличии только аккордеона, контрабаса, перкуссии и гитары), "Dansez sur moi" представляла собой рассказ девушки о своих любовных похождениях. Долгий, неимоверно долгий рассказ, за время повествования которого Ди Ди и рэп прочитала, и "эссом пошейкила", и основы стриптиза показала, и что только не вытворила. В эту же песню удалось втиснуть искрометнейшее соло Менино Гарая - когда, уже запыхавшаяся от читки пятисот слов в минуту, Бриджуотер призвала на помощь своего перкуссиониста (Menino, Menino, help me, help me), тот разразился испаноязычным речитативом. Прочитанным по всем правилам жанра - с повторением имен действующих лиц и прочими "come on, come on". Допевали "Girl Talk" уже вдвоем, на испанском; завершилось буйство плоти несколькими па самбы в исполнении Гарая.

И тут же, за всем этим фанковым разгулом, следует шедевральная, глубочайшая по наполнению "Avec Le Temps" Лео Ферре (Leo Ferre) - пожалуй, кульминационное произведение концерта. Нагнетающий тревогу контрабас, на котором Айра играет смычком, гитарное отрывистое арпеджио и тоскливо-протяжный аккордеон, на фоне которых Ди Ди яростно, почти сквозь слезы поет о разлуке и несбывшейся любви, с развитием достигают высшей точки напряжения. Плотно натянутое полотно ритм-секции (в роли которых выступают аккордеон, ударные и контрабас) пронизывают вой гитары и исступленные крики Ди Ди; трагизм достигает апогея и разрешается в коду - в полной тишине произносится финальная фраза и за ней звучит заключительный аккорд.
От великого до смешного: с галерки раздается просьба на плохом английском: "Спойте блюз!" Ди Ди передразнивает: "Блус, блус? Эй, парень, я никогда не даю мужчине то, о чем он просит, сразу! Если немного подождешь, то, может, и спою." Завершала программу популярная "La Vie En Rose", аранжированная любимым способом квартета Коулман-Гарай-Манугян-Бертумье: мелкий рисунок ударных, тягучий гитарный звук, выразительная партия контрабаса и аккордеонный "pad". Функция набрасывания "мелкого риса" в ритмической партии на протяжении концерта переходила по очереди к каждому из музыкантов, но основная канва аранжировки оставалась той же. Манугян то и дело обращается к нюансировке а-la Пэт Мэтини, вплоть до того, что использует его излюбленный эффект гитарного процессора.

Заканчивается концерт на возвышенной ноте: Ди Ди и Менино одновременно - воздушно, умиротворенно - проговаривают текст.
Конечно же, последовали "долгие, непрекращающиеся овации"; конечно же, был бис. И был блюз; правда, тот, кто его заказал, не дождался конца выступления Бриджуотер, чем вызвал в свой адрес и в адрес всех мужчин комментарии известного характера. А блюз прозвучал отменный: аккордеону был сообщен эффект электрооргана; музыканты все, как один, прищурились от удовольствия, зрители уже давно вскочили со своих мест, а глаза Ди Ди загорелись каким-то особым огоньком, которому не было места в франкофонной программе, поскольку был это огонек "первой любви" - не иначе…

Татьяна Балакирская
фото: Владимир Коробицын